Диалог Armani Ferrante: от краха FTX до подъема Backpocket

Статья: Когда происходит сдвиг

Перевод: «Простыми словами» о блокчейне

В ноябре 2022 года крах FTX ударил как глубинная бомба — мгновенно стер с лица земли репутацию криптоиндустрии за годы и заставил балансовые активы компании Armani Ferrante испариться за одну ночь на 90%. На высотном маршруте в десятки тысяч метров, столкнувшись с финансовым экзаменом почти без вариантов, этот инженер по структурным решениям, глубоко погружённый в экосистему Solana, не выбрал уход. Вместо этого он провёл идеологическое самоисследование о том, «кто я».

В том тлеющем после катастрофы пепле исподволь появился рюкзак. Это не только глобальная торговая платформа, где оборот превысил 420 миллиардов долларов, но и технологический ответ Armani на «паноптикум»-подобную современную систему тотального наблюдения. От спокойного маршрута «по рельсам» из штаб-квартиры Apple в Кремниевой долине до рыночной ставки «на спящего гиганта» в Токио; от простого кода до веры сообщества за спинами у парней, которых можно назвать «безумными ребятами». В этом интервью Armani впервые подробно пересобрал ту адскую минуту. Это не просто история о выживании в хардкорном стартапе, а и финальное пророчество о волне токенизации глобальных финансовых активов в 2026 году. Когда восприятие реальности расходится с истинной реальностью — ты выбираешь плыть по течению или заново выстраиваешь правила на руинах? Ответ — в этом глубоком разговоре на стыке философии и инженерии.

Момент, который определяет роль: выживший среди пепла после краха FTX

Ведущий: Давайте вернём время в тот бурный момент. Во время краха FTX рюкзак всё ещё был начинающим проектом, и вы как раз находились в зоне серьёзной опасности в бедствии. Помню, вы говорили: тогда активы компании были в аккаунтах FTX?

Armani Ferrante: Верно. Это был цифровой актив, который интересует любого начинающего предпринимателя. Тогда у нас на FTX было 14.5M долларов — примерно 90% наших активов и обязательств по балансу. Когда я в самолёте по маршруту над равнинами Лиссабона — с помощью то одного, то другого устройства — в Wi‑Fi поймал сообщения Crypto Twitter, которые всё сильнее разгорались, ощущение реальности начало рушиться. Если слухи были правдой — а позже выяснилось, что реальность оказалась хуже слухов, — то моя компания практически уже была обречена.

В том салоне на высоте, вокруг тоже было полно коллег, которые точно так же приходили на крипто-конференции, и воздух был пропитан тревогой. Я невольно начал экзистенциальные размышления. И задал себе самый фундаментальный вопрос: Armani, кто ты на самом деле?

Ты из тех, кто при столкновении с разрушительным ударом непреодолимой силы бросает и сокрушается несправедливости судьбы? Или из тех, кто, как бы тяжело ни давили впереди неблагоприятные обстоятельства, всё равно выбирает продолжать копать жизнь, идти до конца и не отступать? Управляя заправкой у перекрёстка — когда попадаешь в экстремальные обстоятельства — по сути ты делаешь одно и то же. В тот момент я понял: это было время, определяющее характер. Я выбрал ночь. Когда самолёт вынужденно пошёл на посадку, я уже был готов сражаться до последней минуты.

Ведущий: Эта склонность действительно трогает. Но ирония в том, что раньше у вас было две точки соприкосновения с Alameda Research (компанией, которую основал SBF). Это «наблюдение вблизи» дало вам более сложные чувства, когда позже вы столкнулись с крахом?

Armani Ferrante: Да, это действительно удивительная цепочка обстоятельств. В 2018 году, только что уйдя из Apple, меня глубоко затянули открытость и притягательность Ethereum и блокчейна. В Alameda искали инженеров в Беркли — тех, кто поможет строить торговые системы. Я пробыл там три месяца: участвовал в ранней разработке, но быстро понял, что чистый торговый бизнес — не то, к чему у меня лежит душа. Мне куда важнее строить базовые протоколы и приложения.

Второе соприкосновение случилось в 2020 году: к тому времени у FTX уже были накопления, и они пригласили меня вернуться, чтобы продвинуть строительство экосистемы Solana. Я работал не внутри FTX как биржи, а над инфраструктурой для Solana-сети — например, над ранними фреймворками для разработчиков вроде Anchor, а также над многосторонними (мультиподписными) кошельками. Solana из «дерева» — как чистый лист: там полно инженерных вызовов.

Я должен уточнить кое-что: это тоже то, что я сильнее всего прочувствовал в период краха. Между восприятием реальности и фактической реальностью образовалась огромная пропасть. Когда Solana упала до 8 долларов, мейнстрим-медиа и соцсети приклеили к ней ярлык «FTX-цепочка» — и сделали вывод, что СБФ умер. Но как человек, знающий «земную правду», я понимал: кодовая база Solana, сеть валидаторов и финансовое положение FTX — это разные вещи. Сильные узлы в централизованной сети существуют — это механизм, который устойчив к отказам; он не исчезает только потому, что рухнуло одно собрание.

Паноптикум и свободная воля: философская подложка криптотехнологий

Ведущий: Когда вы говорите о том, «кто вы», и о видении компании, вы упоминаете Мишеля Фуко и концепцию «паноптикума». Для CEO с техническим бэкграундом это очень глубокий вход. Можете подробнее рассказать, как эта философская метафора повлияла на ваше восприятие криптоиндустрии?

Armani Ferrante: Паноптикум (паноптикум) изначально — это тюремная модель, разработанная Джереми Бентамом: охранники в центральной башне могут наблюдать за всеми камерами, расположенными по кругу, а заключённые громко знают, смотрят ли на них прямо сейчас. Такая несправедливость надзора приводит к тому, что у преступников возникает «самонаблюдение» — и оно начинает работать.

В цифровую эпоху мы фактически живём в постоянно расширяющемся правительственном паноптикуме. Причём не только государство: крупные технологические компании и даже публичные реестры фиксируют каждую нашу транзакцию и каждое SMS. Если признать, что приватность — это фундамент для человечности и свободы, то многие блокчейн-технологии, с которыми это связано, на самом деле оказываются вводящими в заблуждение. Публичные реестры Bitcoin и Ethereum полностью прозрачны, и в некотором смысле отследить биткоин легче, чем отследить наличные.

Ведущий: То есть вы считаете, что существующие блокчейн-технологии недостаточно защищают свободу?

Armani Ferrante: Совершенно недостаточно. Если система делает так, что вся ваша финансовая история оказывается на свету, она превращается в идеальный инструмент наблюдения. Именно поэтому я испытываю уважение к технологиям защиты приватности — таким, какие используются в Zcash с их доказательствами с нулевым разглашением (zero-knowledge proofs).

В процессе создания рюкзака мы всё время думали: мы добавляем кирпичи в этот паноптикум или, наоборот, с помощью технических средств предоставляем людям недорогие инструменты, чтобы они могли бороться за власть? Для обычных людей они не видят постоянно собственные банковские балансы. Наша цель — повышать эффективность, опираясь на «атомарность» и «проверяемость» криптографии, при этом в рамках комплаенс-фреймворка максимально сохранять контроль обычного человека над данными и активами. Это не просто написание кода — это перераспределение власти.

Ведущий: Такая одержимость «строить нужные вещи» — это и есть то, что вы называли «чип на плече» — тот огонёк, который и подталкивает вас двигаться вперёд?

Armani Ferrante: Вообще-то я не привык чрезмерно облагораживать свою историю борьбы. Если уж говорить о мотивации, то это любовь к самому «созданию». Я инженер. В продуктах, которыми пользуюсь, я вижу, как идея из кода превращается в сотни вещей. Крах FTX, конечно, дал мне возможность доказать себе, но я всегда считал: дело не в нуле на банковском счёте, а в том, получилось ли у тебя получить достаточно ресурсов, чтобы заняться более интересными и более влиятельными экспериментами.

Многие в жизни откладывают радость: думают, что если заработать достаточно денег и достичь какой-то вехи, то можно будет по-настоящему начать жить. Но такая логика «отложенной жизни» — корень боли. Сегодня ты можешь выбрать тот образ жизни, который хочешь, быть среди интересных людей, решать сложные задачи. Именно это — немедленное, возникающее в процессе удовлетворение — самое эффективное «топливо» против невзгод.

Революция токенизации финансов: от «самодельной команды» к инфраструктуре

Ведущий: У вас в криптоиндустрии есть особый оптимизм, особенно когда рыночные настроения в 2026 году не выглядят высокими. Вы считаете, что финансовая сфера находится на переломе?

Armani Ferrante: Да. Если раньше крипто-цикл больше был про нарративы, спекуляции и безумие мем-коинов, то теперь мы входим в стадию «реализации инфраструктуры». Посмотрите на топовые структуры Уолл-стрит: такие люди, как Ларри Финк, говорят о технологиях ИИ много, но в частных беседах они больше ценят токенизацию активов (Tokenization).

Представьте себе затруднения традиционных финансов: если вы покупаете акции Apple, то при расчёте задействована невероятно сложная цепочка операций. От брокера до «всей остальной вселенной» — и до центрального депозитария ценных бумаг (CSD), на каждом уровне всё сверяют. Из-за этого расчёты требуют задержки T+2 и даже дольше. А в блокчейне мы можем унифицировать архивирование активов, логику сделок и расчёт средств как одну «атомарную операцию». Процесс, в котором время для глубокого обучения сжимается до единого глобального автомата состояний, высвобождает огромную капитал-эффективность.

Ведущий: Это и есть ключевая проблема, которую хочет решить рюкзак? Объясните, пожалуйста, обычным пользователям ваш продукт «единый маржинальный счёт».

Armani Ferrante: Если просто, то текущая финансовая система разорвана на части. Вы кладёте деньги в банк, покупаете акции у брокера, а криптовалюту — на крипто-торговой платформе. Если вы хотите использовать акции в качестве залога, чтобы занять деньги, процесс действительно становится громоздким.

«Единый маржинальный счёт» рюкзака ломает стены между этими классами активов. Если вы держите качественные токенизированные активы (токенизированные гособлигации, акции или криптовалюту), вы напрямую используете их как залог и получаете заимствование оборотного капитала, не продавая активы и не вызывая налогооблагаемое событие. В традиционном мире это — уровень сервисов, доступный высокодоходной группе (сверхвысокий уровень чистых активов) или даже «самым богатым». То, что мы делаем, — через смарт-контракты и движок оценки рисков в реальном времени демократизировать этот сервис, чтобы им могли пользоваться обычные пользователи по всему миру.

Ведущий: Звучит так, будто рюкзак превращается в глобальное, регулируемое суперфинансовое приложение.

Armani Ferrante: Именно так. Мы не просто создаём торговую платформу — мы используем такую высокопроизводительную сеть, как Solana, чтобы перестроить структуру современного рынка. Высокий TPS Solana (количество транзакций в секунду) — это не только технический показатель: он означает, что мы реализуем управление рисками в реальном времени. В традиционных финансах, если рынок рушится, возможно, потребуется несколько часов или даже дней — и это запускает цепную реакцию. А в Solana мы можем выполнять хеджирование и клиринг на уровне миллисекунд. Это существенно снижает системный риск и позволяет добиваться более высокой эффективности плеча.

Стратегический сдвиг и возможность Японии: почему выбран Токио?

Ведущий: Раз цель глобальная, почему вы перенесли штаб-квартиру и центр жизни в Токио? Три года назад, когда вы уехали из Калифорнии, многие не смотрели на японский крипторынок с оптимизмом.

Armani Ferrante: Выбор Токио — это тщательно продуманная стратегическая ставка. В истории криптоиндустрии у Японии особое положение. Ещё в 2017 году более половины мирового объёма торгов биткоином приходилось на Японию. Несмотря на то что из-за ранних хакерских инцидентов регулирование было сильно ужесточено, именно благодаря этому Япония построила очень зрелую и прозрачную регуляторную рамку.

Мы считаем Японию «спящим гигантом». По мере того как правительство Камбоджи чётко обозначает Web 3 как часть национальной стратегии, а также возможных реформ налоговой политики (с 55% до примерно 20%), жизненная сила этого рынка снова разгорается.

Самое главное, что у японского рынка очень высокие барьеры. Из‑за языковых, культурных и требований комплаенса американским структурам разделения по регионам (например, Coinbase, Gemini) здесь сложно напрямую закрепиться. Для Backpack — команды, готовой глубоко работать в локальности и уважать регулирование, — это огромный голубой океан. Мы не просто ищем офис — мы здесь укореняемся, растём вместе с японской финансовой экосистемой.

Ведущий: Про разговоры о регулировании: вы упоминали, что FTX тогда потратила 800 миллионов долларов, чтобы купить лицензии, а вы получили примерно похожий набор лицензий за крайне малую цену. В чём здесь секрет?

Armani Ferrante: Срезов регулирования без пути не бывает, но у есть «преимущество запоздалого входа». Перед многими старыми биржевыми платформами возникали проблемы: сначала они несколько лет работали без регулирования, а потом были вынуждены перейти к комплаенсу. Между тем накапливается огромное количество «комплаенс-финансов» и архитектурных заплаток. Чтобы зачистить эти исторические проблемы, им приходится отказаться от попыток компенсировать это с помощью юридического аудита и затрат.

Рюкзак проектировали по стандартам регулирования с первого дня. Наши схемы хранения (custody), движок рисков и процедуры по борьбе с отмыванием денег (AML) были синхронно построены вместе с архитектурой. Кроме того, у нас есть действительно междисциплинарная команда, которая понимает и финансы, и право. Когда сама ваша система прозрачна и аудируемая, стоимость общения с регуляторами резко падает. Мы не выигрываем доверие только за счёт технологической силы.

Сила культуры: Mad Lads и связка с сообществом

Ведущий: Нам придётся поговорить о Mad Lads. Как основатель торговой платформы, вы создали один из самых влиятельных NFT-сериалов на Solana. Тогда это выглядело как занятие «не по делу», побочный проект. Но сейчас кажется, что это стало вашим самым ключевым активом?

Armani Ferrante: Вот что я хочу подчеркнуть: в криптомире «человек» всегда важнее технологии.

NFT для меня по сути — это социальный текст. Независимо от того, в Токио, Нью‑Йорке или Лондоне ты находишься: если у тебя на Twitter висит аватарка Mad Lad, или если ты подаёшь голос в Discord, ты сразу находишь группу людей с близкими ценностями. Mad Lads выражают дух «не сдаваться» — это культурный символ того, как сообщество Solana продолжает строить даже в самой тёмной фазе.

Эта новая культура дала Backpack огромную степень лояльности. На нескольких этапах вам нужно не просто «пользователи», а «мотивация» — те, кто понимает ваше видение и готов идти с вами, чтобы итеративно улучшать продукт. Mad Lads дали нам это чувство идентичности. Мы, создавая продукт, всегда понимаем, для кого мы работаем.

Ведущий: Такая трансформация — от культуры к продукту — действительно редкость. В конце интервью: что бы вы посоветовали тем строителям, которые сейчас борются на рынке в 2026 году?

Armani Ferrante: Сохраняйте оптимизм, сохраняйте любопытство, и самое важное — делайте те вещи, которые действительно вас волнуют.

Криптоиндустрия похожа на огромную лабораторию ранней стадии. Мы переживём взрывной рост, но также переживём и страшные провалы, как у FTX. Но запомните: эволюция базовой технологии не зависит от чьей-то личной воли. Токенизация, децентрализация, личный суверенитет — эти крупные тенденции необратимы.

2026 год остаётся лучшим временем для строительства. Если вы, как мы, всё ещё выбираете действовать, даже когда угроза в том, что активы окажутся с нулём, тогда вы увидите: самое завораживающее в этой отрасли заключается не в форме ценового графика, а в том, что мы своими руками участвуем в создании будущей глобальной инфраструктуры. Не откладывайте свою жизнь ради достижения какой‑то призрачной вехи — начинайте строить сейчас, начинайте жить сейчас.

Ведущий: Спасибо, Armani. Ваш энтузиазм и романтизм в отношении инженерии очень заразительны. Спасибо, что в этом полном неопределённости времени поддержали нас такой твёрдой верой.

Armani Ferrante: Спасибо вам. Будущее принадлежит тем, кто строит.